Vojnik.org — Национальное Возрождение России
Vojnik.org — Национальное Возрождение России


Хук Справа

Пиано-бар

Русская Демография

Русский Образ

R-RADIO.ORG - Правое радио

Русский Донбасс

[нет]

К. Дёнчев. Болгарская парадигма: царь - премьер-министр.

Монархия жива. Да здравствует монархия?

Небывалый успех на парламентских выборах в Болгарии бывшего болгарского царя Симеона II может иметь серьезные последствия для всей Юго-Восточной Европы, учитывая монархическое прошлое многих стран региона.

Симеон II вошел в историю как первый монарх, вернувший себе реальную политическую власть парламентским путем. Его победа неизбежно усилит стремление к восстановлению монархии едва ли не во всех Балканских странах — Албании, Болгарии. Греции, Румынии. бывшей Югославии, которые в недалеком прошлом были монархиями. После Второй мировой войны монархи были изгнаны коммунистами отовсюду, за исключением Греции.

Тенденция к возрождению промонархических настроений, иногда проявляющихся в требованиях реставрации монархии, становится общебалканской. Трудно сказать, что здесь доминирует — роялистские симпатии в балканских государствах или импульсы, исходящие извне, от бывших монархов. Скорее всего, одно дополняет другое, отвоевывая монархической идее место в современном политическом ландшафте европейского Юго-Востока.

Неожиданное пробуждение исторической памяти во всех без исключения случаях связано с кризисом политических систем. сложившихся в постсоциалистических государствах. По сути подтверждается известная историческая закономерность — провал господствующей в обществе идеологии освобождает место для самых различных проектов будущего государственного устройства. Таким образом возвращение монархий может оказаться необходимым фундаментом для постсоциалистической национальной реконструкции.

Бурно приветствуемые соотечественниками, в 90-е годы впервые после десятилетий жизни в изгнании приехали на родину албанский король Лека. румынский король Михай, болгарский царь Симеон II, югославский кронпринц Александр.

В апреле 1939 г. в результате оккупации Албании итальянцами лишился власти албанский монарх Ахмет Бога. После поспешного бегства из страны королевская семья обосновалась в ЮАР, где подросший наследник албанского престола превратился в преуспевающего бизнесмена. Лишь спустя 58 лет. увезенный из Албании всего нескольких дней от роду, смог наконец вступить на землю своей родины. Идею Леки о референдуме по вопрос) возрождения монархии поддержали все основные политически~ сил страны, однако на референдуме, проведенном в 1997 г.. албанцы высказались против реставрации монархии.

Румыния стала республикой в 1947 г. Юный румынский король Михай Гогенцоллерн бып вполне лоялен к СССР. сыграл решающую роль в устранении маршала Антонеску и даже получил советский орден Победы; но разве можно было сохранять монархию в «стране народной демократии»? 3 января 1948 г. румынский король покинул страну. Почти полвека спустя. в 1997 г., ему вернули румынское гражданство и часть конфискованного имущества.

Монархическая эпоха в истории Югославии формально завершилась 15 апреля 1941 г.: в этот день из страны, уже оккупированной нацистами. уехал Петр П Карагеоргиевич. Он обосновался в Лондоне, где в 1945 г. его жена, греческая принцесса Александра. родила наследника престола. Но по югославском) закону о престолонаследии король обязательно должен быть рожден на территории своей страны. Глава тогдашнего правительства Великобритании  У. Черчилль добился специального решения парламента. по которому номер 212 отеля «Клариджис) (»Claridges«) в день рождения наследника был объявлен „территорией Королевства сербов, хорватов и словенцев“. Новорожденный, нареченный Александром, получил титул кронпринца. В 1991 г. вместе с супругой и детьми впервые посетил Югославию. В марте 2001 г. принцу Александру Карагеоргиевичу были вручены документы о восстановлении югославского гражданства. Событие это произошло в том же номере лондонского отеля где родился кронпринц.

Но самым удачливым из всех балканских наследников престола стал Симеон Борисов Сакскобургготски (так его имя пишется в болгарском паспорте). В конституционно-республиканской Болгарии сторонников монархической идеи оказалось больше, чем где бы то ни было. что объясняется наличием сильной монархической традиции в стране.

Она зарождалась и укреплялась в годы Первого Болгарского царства (681 — 1081), столицей которого были Плиска, затем Преслав, и связана с именем ханов Аспаруха, Кардама. Крума. а после принятия христианства в 864-865 гг. с именами князей Бо риса и особенно Симеона Великого. После более чем полуторавекового господства византийских императоров. подчинивших себе Болгарию (1018 — 1186), болгарская монархия была возрождена усилиями бояр из Тырнова братьев Лсеней. основавшие Второе Болгарское царство (1186 — 1396), со столицей в этом городе. С конца XIX в. Болгария попала под пятивековое османское иго, сильно замедлившее социально-политическое и экономическое развитие страны.

В результате русско-турецкой войны (1877 — 1878) Болгария. входившая тогда в Османскую империю. получила независимость. Состоявшееся в апреле 1879 г. в Тырнове Учредительное собрание приняло Конституцию, согласно которой Болгария провозглашалась конституционной монархией’. Первым болгарским монархом стал князь Александр Баттенберг — племянник жены Александра II Марии Александровны. в девичестве принцессы Максимилианы-Вильгельмины Гессен-Дармштадской. Однако он через 7 лет отрекся от престола.

Правительство довольно долго не находило нового кандидата. поскольку по условиям Берлинского конгресса 1878 г. им не мог стать представитель правящих в Европе династий. В 1887 г. князем Болгарии избирается немецкий принц Фердинанд СаксКобург-Гота. состоявший в родстве с королевскими домами Португалии, Бельгии и Великобритании и французской Орлеанской династией. В 1908 г. Фердинанд бып провозглашен царем болгар. В октябре 1918 г. после 31-летнего правления он был вынужден отречься от престола в пользу 24-летнего сына Бориса.

Борис Ш был сыном Фердинанда от первого брака — с герцогиней Марией-:Луизой Бурбон-Пармской. Рожденный в католичестве. в 1896 г. он принял православие. Его крестным отцом бып Николай II. а женой — дочь короля Италии Виктора-Эммануила Ш принцесса Джованна. От этого брака и родился в июне 193! г. Симеон II. наследник Болгарского престола. Борис Ш умер в августе 1913 г. при загадочных обстоятельствах.

Симеона II короновали в 1943 г. При малолетнем царе был учрежден регентский совет. После прихода к власти в сентябре 1911 г. правительства Отечественного фронта члены регентского совета были казнены и заменены лояльными режиму лицами. В 1916 г.. по результатам референдума. монархия была упразднена, юный царь и его семья бежали в Египет. позже они получили убежище в Испании. В январе 1962 г. Симеон женился на испанке из древнего рода донье Маргарите Гомес-Асебо-и-Сехуэлья. которая родила ему пятерых детей. В мае 1996 г. через пятьдесят лет после изгнания он впервые посетил Болгарию.

Отметим еще несколько исторических традиций, определяющих вектор политической жизни Болгарии.

Во-первых, болгарская история ХХ в. представляет собой череду „жестких режимов“, где субъектом насилия всегда выступает политический противник. После двух национальных катастроф (1913 и 1918) усиливается тенденция глубокого гражданского противостояния: 9 июня 1923 г. — переворот против левого правительства А. Стамболийского, организованный (кроме коммунистов) оппозиционными партиями: июньское восстание 1923 г. — начало гражданской войны в Болгарии; сентябрь 1923 г. — рабоче-крестьянское восстание против зарождающегося фашизма: 1923 — 1925 гг. — политические убийства, уничтожение части болгарской элиты; 1934 г. — военный переворот, запрет всех политических партий, цензура печати; 1941 — 1944 гг. — самая острая фаза гражданской войны, партизанское движение, установление монархическим режимом денежных вознаграждений за головы политических противников; 1944г.- поворотный момент в гражданской войне, приход к власти антифашистской коалиции во главе с коммунистической партией; сентябрь — октябрь 1944 г. — расправа коммунистов с их политическими противниками; декабрь 1944 г. — создание „воспитательно-трудовых“ лагерей; февраль 1945 г. — „народный суд“ (осуждение „врагов“ народа); 1947 г. — разгром коммунистами политической оппозиции 1949 г. — начало массовых репрессий, в том числе и против самих коммунистов.

Демократический процесс, начавшийся во второй половину 80-х годов ХХ в., дает возможность прервать эту логику развития. Но болгарское общество еще продолжало жить в условия острой поляризации, противостояния основных политическими сил — Болгарской социалистической партии (БСП) и Союза демократических сил (СДС). Каждая из сторон считала себя нравственно непогрешимой, а в своем партнере видела противник претенциозного и некорректного. Отказ от консенсуса, попытка утвердить сверху двухполюсную систему и выждать, пока другая политическая сила, закрепившаяся у власти, растеряет политический капитал, взяв на себя проведение непопулярных, но необходимых мер, оказались надуманными, оторванными от реальности и далеко не оптимальными.

Во-вторых, в болгарской политической жизни наблюдалась богатая палитра объединений и идеологий. После Освобождена в 1878 г. политический облик Болгарии определяли сначала две партии — Консервативная и Либеральная. а затем невероятное политическое „размножение“ и создание все новых партий, которое продолжается и по сей день. В начале 90-х годов в стране насчитывалось более 80 партий и движений.

В-третьих, в период с 1879 г. по 2000 г. Болгарией правило 87 правительств и 47 премьер-министров. Со сменой политического субъекта государственного управления часто менялись доминирующие политические ценности.

Основной вопрос современного этапа демократических преобразований в Болгарии — какая политическая сила в условиях экономического кризиса, обнищания широких слоев населения. растущей преступности. общественного недовольства сумеет способна провести не терпящие отлагательства социальные и экономические реформы. За десятилетие. прошедшее со времени падения коммунистического режима. ни БСП. ни СДС („красные“ — „синие“) не смогли решить эту задачу. во многом из-за конфронтации между собой. Все это активизирует поиск новой политической силы, более того, безверие отчаявшихся людей неизбежно порождает надежду на авторитарную личность. которая в силу исторической памяти ассоциируется с фигурой монарха. Монархическая же власть опирается на исторические традиции, национальную идею и религию — т.е. именно на то, чего в Болгарии сегодня не хватает.

Монархисты заявили о себе сразу после отставки Т. Живкова 10 ноября 1989 г., начав с создания различных монархических обществ и организаций. На выборах 1990 г. они шли по избирательным спискам СДС. имели свое лобби и представителя в парламенте республики — депутата Маргариту Мицеву, председателя монархической организации „Конституционный союз“. В июле 1993 г. в г.Русе состоялась первая национальная монархическая конференция. Официально было объявлено о рождении политической коалиции „За Тырновскую конституцию — Царство Болгария“ и начале компании за восстановление Тырновской конституции (1879 — 1947) и возвращение Симеона на болгарский престол.

Во время досрочных парламентских выборов (апрель 1997 г.) Ахмед Доган. лидер Движения за права и свободы (ДПС), партии болгарских турок. создал довольно странную коалицию с участием монархистов. либералов и „зеленых“. Эта коалиция — Объединение национального спасения (ОНС) — получила 7,6’’, голосов, обеспечив себе в парламенте 19 депутатских мест. Таким образом, впервые за последние полвека монархическая идея вышла на парламентскую трибуну.

Однако наряду с усилением монархических настроений в Болгарии существует и обратная тенденция. В болгарской исторической памяти еше живы воспоминания о двух национальных катастрофах, связанные с Межсоюзнической (1913) и Первой мировой войнами. Вину за участие Болгарии в этих трагических событиях возлагают на династию Кобургов и, в частности, на деда Симеона II царя Фердинанда.

Оценка политики династии Кобургов как причины национальной катастрофы имеет прочные корни в индивидуальном и общественном сознании. Против Симеона II „работает“ еще одно тяжелое историческое наследие его деда — режим личной деспотии. Фердинанда обвиняют в нарушениях принципов буржуазной демократии. в фаворитизации отдельных политических фигур и в конечном счете. в навязывании авторитарных методов правления, опасаясь, что Симеон II рано или поздно встанет на этот путь.

И все-таки объективно следует признать, что в период правления Фердинанда в конце XIX и начале XX столетия Болгария опережала своих балканских соседей почти по всем показателям экономического развития. Несомненно, определяющую роль сыграли здесь национальные качества болгарского народа: его стремление догнать модернизированную Европу. Однако без монарха, который смог уловить прогрессивные тенденции. подобное развитие вряд ли было бы возможно.

Существуют исторические ассоциации, связанные с царствованием отца Симеона II Бориса III и заключаются они в том, что сын Бориса Ш не может пользоваться достойной репутацией среди европейских монарших дворов из-за подписания Болгарии международных договоров с фашистской Италией и нацистской Германией в годы Второй мировой войны: тогда большинство европейских монархов заняли антифашистскую позицию.

Имеются на этот счет и контраргументы, выдвигаемые нынешними сторонниками монархии: подписав указанные договоры, Борис Ш уберег Болгарию от активного участия в боях. В годы войны лишь Болгария и Дания не отдали своих евреев в фашистские лагеря смерти: царь Борис объявил 50 тыс. болгарских евреев мобилизованными на трудовой фронт и тем самым спас их от гибели.

Более целенаправленно отца Симеона II критикуют политические силы социалистической, коммунистической и „земледельческой“ ориентаций. Они обвиняют Бориса Ш в приверженности к политическому насилию, в репрессиях по отношению к антифашистам, доказывают несовместимость института монархии с идеями левой части политического спектра.

Наконец, еще один аргумент против монархии заключается в том, что Кобургская династия была, есть и останется династией, не имеющей кровного родства с болгарским народом. А значит, ее нынешняя приверженность болгapским национальным интересам носит декларативный характер и может быть поставлена под сомнение.

И тем не менее в лице Симеона II многие увидели альтернативу, символ противостояния. Если следовать концепции М. Вебера, в ситуациях, сходных с болгарской, „толпа“ стихийно ищет харизматического лидера, „спасителя“, который по своим качествам резко выделяется из обшей массы политиков; окутанный ностальгическим и романтическим флером царь Симеон отвечает этим запросам общественности и отеческое, покровительственное отношение к чаяниям и нуждам простого болгарина. В ходе предвыборной кампании Симеон II предложил болгарам программу „800 дней“. за которые он берется поправить дела в экономике и социальной сфере. Пользуясь своим авторитетом и связями. он собирается привлечь иностранные инвестиции, активизировать усилия по интеграции страны в ЕС и НАТО, принести в политику новую мораль, не допустить разрыва в отношениях с Россией.

Симеон II провозглашает приверженность национальной идее, воздерживаясь от выражения своих политических пристрастий. Отец Симеона — Борис Ш в конце Второй мировой войны так выразил свою позицию сторонника общенациональных интересов: „В армии есть германофилы. в дипломатии — англофилы. а народ мой — русофил. Только я — болгарофил“. Аналогично Симеон П демонстрирует приверженность исключительно национальной идее.

Его популярность в болгарском обществе растет. Кто еще пять лет назад мог предположить. что бывший болгарский царь, впервые после полувекового перерыва ступивший на болгарскую землю, превратится в самого популярного политика, надежду болгарского народа? В июле 2001 г. ему, как будущему премьер-министру доверяли 63% болгар (по данным журнала GALLUP INTERNATIONAL)

В начале XXI в. ностальгия по прошлому неожиданно стала сильнее веры в социальный прогресс, науку или революцию, — монархия не сдается и даже отвоевывает утраченные позиции. В ХХ в. „второе дыхание“ монархической форме правления придала Испания. Сможет ли Болгария стать еще одной „восстановленной“ монархией?

Чтобы ответить на этот вопрос, надо иметь в виду следующие обстоятельства:

Во-первых. в ходе исторического развития монархических институтов. в ходе постепенного ограничения исполнительных полномочий монарха изменился самый смысл монархии. Из военно-политического лидера или капризного самодержца монарх превратился в олицетворение нации. Современные монархические институты в Европе давно опираются на прочные демократические структуры, парламентские традиции, на высокую политическую культуру избирателей. Вот почему монарх — скорее символ общенационального единства, лицо, санкционирующее самые важные государственные акты, но не имеющее реальную рычагов для осуществления исполнительной власти.

Во-вторых, в истории утвердилось мнение. что начиная с XIX в. реставрационные процессы так же непрочны, как и радикальные общественно-политические перемены. потому что представляют собой бледные копии оригинальной государственной модели, которая создана в другое время и в других исторических обстоятельствах.

Исходя из традиций балканской политической культуры. возрожденный в Болгарии институт монархии не будет иметь той общественно-политической основы, которая на Запале позволяет ему быть арбитром. а не практическим руководителем. В Болгарии монарху пришлось бы участвовать в ежедневной пoлитикe, балансировать между партиями, быть замешанным во всевозможных конфликтах с другими политиками и т.д. Иными словами, монарх будет править, а не только царствовать.

Болгария всегда стремилась к рациональной корпоративности, к упорядочению государственного пространства, чего она достигала (порой) только в условиях авторитарного правления; да и перенимаемые ею образцы европейской социальной культуры облекались в традиционную балканскую форму, для такой специфической модели социокультурного заимствования требовался харизматический лидер; и даже если потенциально он не был таковым, его все равно делали неким знаменем эпохи. В ментальности болгар „новая“ реальность парадоксально уживалась со старыми традициями даже после крушения их мифологических и мифололитических основ.

В-третьих, монарх может сыграть ту же роль, какую сыграл король Испании Хуан Карлос, т.е. облегчить переход страны к демократии после многолетнего коммунистического режима.

Можно как угодно относиться к испанскому диктатору Франко, но в одном ему не откажешь — это был человек ответственный, всерьез озабоченный тем, что будет после него. Он считал, что для сохранения национальной стабильности необходим надпартийный лидер, символизирующий единство нации и пользующийся безусловной поддержкой и симпатией народа. Поэтому в 1947 г. Франко восстановил монархию, хотя престол долгое время оставался незанятым и даже имя будущего короля было неизвестно. Лишь в 1969 г, он провозгласил своим преемником на посту главы государства Хуана Карлоса I, внука низложенного в 1931 г. Альфонса ХШ. Новый король взошел на престол в 1975-м, после смерти Франко.

Покойный диктатор не ошибся — скромный и демократичный Хуан Карлос проявил истинно королевскую твердость в 1981 г., подавив попытку военного переворота. Причем для этого ему не понадобилось принимать чрезвычайных мер — достаточно было обратиться к армии и народу. Ситуация была проста: армия верна королю, а король верен Конституции. И, что немаловажно, народ любит своего короля. В этих условиях заговорщики были вынуждены сложить оружие. В-четвертых, не следует смешивать два разных монархизма.

Есть монархизм как умонастроение граждан монархических стран или стран, еще не отвыкших от монархии. И есть клубный или, точнее, маргинальный монархизм самодеятельных роялистов, активно взявшихся за дело через несколько поколений после свержения последнего монарха. Такие клубы существуют во многих странах. Их члены увлеченно вычерчивают династические схемы, спорят о правомочности различных претендентов на давно отсутствующий престол.

Итак, монархическая перспектива в Болгарии не очень ясна. Экспресс-опрос, проведенный агентством „Медиана“, показал, что только 26% опрошенных хотели бы видеть Симеона II царём, , против — 48%, 26% — затруднились ответить». Так что, строго говоря, сторонников монархии среди болгарского народа не много. Сам Симеон II наверное, не теряет надежды сесть на трон. Пока, однако, никто не ставит вопрос о восстановлении монархии в Болгарии. Тем не менее ее возрождение в той или иной форме нельзя отделить от личности Симеона II и от социального развития Болгарии, где политические процессы опередили экономические. Если при Симеоне Сакскобургготском уровень жизни простого человека улучшится, не исключено, что затянувшийся процесс посткоммунистических реформ легко может привести к смене республиканского кумира и дать толчок в направлении монархии. Рассуждая на эту тему. припоминается история из разряда «хотите — верьте, хотите — нет». Ее главные действующие лица- Симеон Второй и ясновидящая Ванга. чья жизнь оборвалась 11 августа 1996 г. Дело было так: Симеон летом ездил к Ванге «зондировать почву» на предмет возращения утерянного престола. Поздно вечером он прибыл в деревню Рупите под Петричем, где жила пророчица. Поцеловав Ванге руку, он сказал, что не мог не отдать долга вежливости своей знаменитой соотечественнице, извинился за то, что вынужден спешить, и пообещал нанести Ванге повторный визит. На что пророчица ответила так: «Я не вижу твоего возвращения. Дай Бог, вернешься, но я этого не вижу». Вот и вся история, но ее соль — в толковании. Одни полагают, что Ванга предвидела свою скорую смерть, а потому и не рассчитывала вновь встретиться с царем. Однако другие уверены в том. что своим скупым пророчеством Ванга намекнула на невозможность реставрации монархии в Болгарии.

«Полития» № 4 (22) зима 2001-2002 г.

Языки

Рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку!