Vojnik.org — Национальное Возрождение России
Vojnik.org — Национальное Возрождение России


Хук Справа

Пиано-бар

Русская Демография

Русский Образ

R-RADIO.ORG - Правое радио

Русский Донбасс

[нет]

Леон Жозеф Мария Дегрелль (Degrelle) (1906-1994)

31 марта 1994 года в Малаге (Испания) в изгнании умер последний фольксфюрер европейской истории, последний вождь международного фашизма бельгиец Леон Дегрелль. Он был вождем бельгийского фашистского движения «Рекс», бесстрашным воином, ревностным католиком, ярким деятелем международного воинского ордена СС. Это о нем Гитлер сказал однажды: «Если бы у меня был сын, я хотел бы, чтобы он был похож на Леона Дегрелля». Фашизм Дегрелля был классическим примером фашизма континентального, всеевропейского. Он резко и открыто критиковал пангерманистские настроения Третьего Рейха и возглавлял внутреннюю оппозицию режиму в рамках СС. Он настаивал на том, чтобы не только немцы, но все европейские народы имели свои самостоятельные национально-политические образования в грядущей Империи. Его престиж и харизма позволяли ему открыто выдвигать свои требования «интернационализации» национал-социализма.

Леон Жозеф Мария Дегрелль

Дегрелль и Гитлер

Часто утверждается, что первой жертвой войны является Правда. После 1945 года о Второй Мировой Войне было написано свыше 200 000 книг, но сколько из них рассказывают подлинную историю? Например, только несколько человек из тех, кто хоть в какой-то степени лично знали Гитлера, написали об этом человеке. К сожалению, их способность говорить правду была подчинена их стремлению заслужить себе жизнь.

К несчастью для историков, в последние 15 лет Гитлеру и всем его соратникам уже нельзя было задавать вопросы. Всем, за исключением одного.

В попытке создать монументальную летопись этой отсутствующей стороны истории, Институт Исторического Обозрения поручил последнему национал-социалистическому руководителю военного времени, который был всё ещё жив, заполнить этот пробел: Леону Дегреллю, католическому лидеру Бельгийского Рексистского движения и военному руководителю добровольческого легиона Ваффен СС «Валлония».

Дегрелль близко знал Гитлера и являлся одним из его самых доверенных соратников. В 1944 году Гитлер, вручая Леону Дегреллю награду Дубовые Листья, сказал ставшую уже легендарной фразу: «Если бы у меня был сын, я бы хотел, чтобы он был такой, как Дегрелль». Один из самых заслуженных героев Восточного фронта, он также обладал всеми свойствами объективного наблюдателя истории. Он не немец. Как и все люди в Бельгии и Франции, он был воспитан в официальной антинемецкой атмосфере.

Дегрелль на пике славы

В годы, предшествующие началу войны, Дегрелль был молодым бельгийским интеллектуалом, который издавал еженедельную газету и основал Рексистскую политическую партию, побеждавшей на выборах и посылавшей представителей в бельгийский парламент. До Второй Мировой Войны Леон Дегрелль был самым молодым политическим лидером Бельгии. Миллионы аплодировали его речам и поддерживали его программу.

Когда Дегрелль вернулся в Брюссель после четырёх лет борьбы с коммунизмом на Восточном фронте, то ему был оказан самый большой массовый приём в бельгийской истории. Тысячи бельгийцев выстроились на улицах Брюсселя, чтобы приветствовать возвращающегося генерала, всего за два месяца до оккупации страны cоюзниками. Один из выдающихся франкоязычных писателей, он опубликовал свыше сорока книг и очерков, от поэзии до экономики, от архитектуры до истории. Он был признан как страстный оратор и солдат выдающейся доблести. Вступив рядовым в ряды иностранных добровольцев Ваффен СС, он заслужил все свои знаки отличия на фронте. После четырёх непрерывных лет адской борьбы, его легион в числе последних покинул Советский Союз. Эта титаническая борьба описана в его знаменитой эпопее «Кампания в России», принесшей ему в Европе славу «Гомера двадцатого века».

Во время своей последней встречи с Адольфом Гитлером, когда бомбы сыпались по всей Германии, Дегрелль вспоминал, что Гитлер был спокоен и собран. Они разделили последний совместный ужин. Гитлер нарезал хлеб и налил ему бокал вина. Он твердо посмотрел Дегреллю в глаза: «Мы все умрём, но Вы, Леон, должны жить. Вы должны жить, чтобы рассказать миру правду».

Молодость

Жизнь Леона Дегрелля началась в Буллоне 15 июня 1906 года, небольшом городе в бельгийских Арденнах, в семье французского происхождения. Он учился в Лувэнском университете, где он получил учёную степень доктора права. Он также интересовался и другими академическими дисциплинами, такими как политология, искусство, археология и томистская философия.

Ещё в студенческие годы проявился его природный дар лидера. К тому времени, когда ему исполнилось двадцать лет, он уже опубликовал пять книг и выпускал собственную еженедельную газету. Исходя из своих глубоких христианских убеждений, он вступил в Бельгийское Движение Католического Действия и стал одним из его лидеров.

Но его страстью всегда был народ. Он хотел завоевать массы, особенно марксистские массы. Он хотел, чтобы они разделяли его идеалы социального и духовного переустройства общества. Он хотел возвысить людей, создать для них стабильное, эффективное и ответственное государство, которое поддерживается здравым смыслом людей, и которое служит благоденствию народа.

Он выступил более чем на 2 000 митингах, всегда вызывавших бурные споры. Его книги и газета читались повсюду, потому что в них всегда рассматривались насущные вопросы жизни. Несмотря на то, что ему ещё не было двадцати пяти лет, люди внимательно его слушали.

Дегрелль-оратор

Политическая борьба

Католическая партия поручила Дегреллю в 1932 года организацию избирательной компании. Однако его курс, направленный на борьбу с масонским влиянием внутри этой партии, привел Дегрелля к разрыву с ней и созданию в мае 1935 года партии «Front Populaire» («Народный Фронт»), которую чаще называют движением рексистов.

Несмотря на то, что рексисты были валлонскими националистами, они решительно отвергали любую антифламандскую позицию, утверждая идею арийской общности европейских народов. Основой идеологии рексистов был антикоммунизм, христианство, неприятие гедонистических ценностей буржуазного мира, непримиримость к финансовому капиталу, как бастиону мирового кагала.

Безусловно, рексисты были вдохновлены многочисленными примерами консервативно-революционных движений, особенно примером немецкого национал-социализма. «До Гитлера, — писал Дегрелль, — немецкий империализм заключался лишь в продаже товаров другим странам, совершенно отсутствовала мысль создавать идеологию… Неожиданно, вместо наживы и торгашества, появился человек предложившей великий идеал: подлинная социальная справедливость, которую ждали все эти годы. Широкий Новый Порядок вместо бесформенного космополитизма так называемых „демократий“ довоенного периода». Позднее национал-социализм и историческая роль Гитлера были проанализированы Дегреллем в капитальном труде «Адольф Гитлер на тысячу лет».

Вместе с тем рексизм оставался уникальным явлением, со своей собственной спецификой. Подлинным консервативным революционерам чуждо бездумное копирование, пусть схожих, но все же иных моделей. Рексизм, итальянский фашизм, румынский железногвардизм, германский национал-социализм, русский национализм при безусловном сходстве, сохраняют свою уникальность, обусловленную национальными особенностями. По отношению к консервативно-революционным движениям уместно определение русского философа Константина Леонтьева, как «цветущей сложности», в противоположность коммунизму и его интернациональной обезличкой и такому же безликому космополитическому либерализму.

Партию рексистов ждал небывалый успех. Всего за несколько месяцев в нее вступают тысячи молодых патриотов. 24 мая 1936 года рексисты добиваются успеха на парламентских выборах, завоевав 34 места в Сенате и Палате Представителей. Этому в немалой степени способствовала предложенная рексистами программа борьбы с безработицей, предусматривающая сокращение иностранной рабочей силы в Бельгии, что не смогло не вызвать их поддержку в рабочей среде.

Дегрелль впоследствии признавал, что попал в несколько двусмысленное положение, так как он был решительным противником парламентаризма. «В течение нескольких лет,- писал Дегрелль, — я наблюдал двести бельгийских депутатов, этих бесплодных посредственностей, от которых не было никакого толка. Мне всегда хотелось натравить на них боксеров или грузчиков, а еще лучше негра-каннибала, который сжирал бы каждый день по одному из моих бывших коллег. Таким образом, парламентский вопрос был бы эффективно решен». Дегрелль рассматривал парламентскую систему как коррумпированную и слабую, несовместимую с идеей иерархии и богоопределенного неравенства.

Против рексистов объединяются все те, кто увидел в них угрозу своим интересам. Католическая партия, либералы, социалисты и даже коммунисты практически создают коалицию против рексистов. Дирижировала этой травлей синагога, пустившая по всей стране свою ядовитую ростовщическую поросль.

В сложившихся условиях рексисты, исчерпав средства парламентской борьбы, слагают с себя депутатские полномочия и переходят к силовым действиям.

После откровенных заявлений Дегрелля о симпатиях к национал-социалистической Германии и его встреч с Адольфом Гитлером, в Бельгии началась настоящая истерия. Бельгийский король, который придерживался формального нейтралитета, заключил тайный союз с Францией. На рексистов обрушились репрессии. 10 мая 1940 года тысячи бельгийских националистов были брошены в тюрьмы.

21 мая в Аббевиле многие из них были расстреляны. Дегрелль также попадает за решетку. Боясь его освобождения соратниками, лидера рексистов тайно этапируют из тюрьмы в тюрьму. Убить его не решились. Убитый он стал бы опаснее вдвойне.

Леон Дегрелль и Йозеф Геббельс

Начало войны

В 1936 году Европа всё ещё была раздроблена на маленькие страны, ревнивые к своему прошлому и избегающие любого контакта со своими соседями. Леон Дегрелль смотрел дальше. В студенческие годы он путешествовал по Латинской Америке, Соединённым Штатам и Канаде. Он посетил Северную Африку, Ближний Восток и, разумеется, все европейские страны. Он чувствовал, что у Европы уникальная судьба, и она должна объединиться. Муссолини приглашал его в Рим, Черчилль встречался с ним в Лондоне, Гитлер принимал его в Берлине.

Жертвуя своей политической жизнью, он предпринимал отчаянные попытки остановить сползание Европы в очередную войну. Однако старое соперничество, мелочная ненависть и недоверие между французами и немцами искусно эксплуатировались. Традиционные партии и Коммунистическая партия действовали сообща: на войну. Для Кремля это было уникальная возможность коммунизировать Европу после того, как она истечёт кровью.

Таким образом, война началась. Сначала в Польше, затем в Западной Европе в 1940 году. На рассвете 10 мая 1940 года немецкие войска группы «А» и «Б» начали наступление на Нидерланды, Бельгию и Люксембург. 27 мая было подписано соглашение о капитуляции бельгийской армии. Победа немецкого оружия принесла освобождение Дегреллю и его соратникам. Вскоре Дегрелль приступает к реорганизации своей партии. Он придает ей четко выраженный военизированный характер, фактически превращая партию в Орден. Партия стала иметь три подразделения: политическое (которое подразделялось на 28 округов и различные профессиональные корпорации), милицию (которая подразделялась на Валлонскую Гвардию, Бригаду «Зет» и Рексистскую добровольческую бригаду) и молодежное движение «Юные легионеры» (в котором состояли мальчики и девочки от шести до восемнадцати лет).

Военные годы — служба в СС

Новой войне суждено было стать Второй Мировой Войной в 1941 году. Вскоре флаг со свастикой развевался от Северного Полюса до берегов Греции и границы Испании. Но европейская гражданская война между Англией и Германией продолжалась. Правители коммунизма уже были готовы вступить в войну и пожать её плоды. Но Гитлер упредил их, нанеся удар по Советскому Союзу 22 июня 1941 года. Решалась судьба Европы: или Гитлер победит или Сталин. Именно в это время, когда решалась судьба их родной страны, в каждой стране Европы тысячи молодых людей принимали решение. Они добровольцами пойдут сражаться с коммунизмом и создадут объединённую Европу. В конечном итоге их число превысит 600 000 европейцев, не немцев, сражающихся на Восточном фронте. Из них будут созданы десятки дивизий Ваффен СС.

Леон Дегрелль, 1942 год

Ваффен СС был передовым идеологическим и военным отрядом Европы. Немцы, насчитывающие 400 000 человек, фактически были в численном меньшинстве. Миллионный Ваффен СС представлял собой первую подлинно европейскую армию, когда-либо существовавшую.

После войны каждая воинская часть этой армии должна была обеспечить собственному народу политическую структуру, свободную от мелкого национализма прошлого. Все эсэсовцы вели одну и ту же борьбу. Все они разделяли одно и то же мировоззрение. Все они стали товарищами по оружию. Самый важный политический и военный феномен Второй Мировой Войны также и менее всего известен: феномен Ваффен СС.

Леон Дегрелль является одним из самых знаменитых солдат Ваффен СС. В 1941 году он обращается к Гитлеру с просьбой отправить его на восточный фронт. В конце октября 1941 года эшелон с валлонцами отбыл на Восток. Так бельгийский националист соприкоснулся с русской почвой. Бесстрашный воин, искренний и честный, он распознал в русском человеке живую пульсацию арийского архетипа. «Я сражался не с русскими, я сражался с коммунистической идеологией, которая отрицает дух, религию, традицию, национальные и расовые ценности. А русских я считаю единственным молодым народом Европы, у которого есть шанс к национальному возрождению», — скажет после войны Дегрелль.

На Восточном фронте Дегрелль проявил истинный героизм. Вступив рядовым, он заслужил все свои нашивки от капрала до генерала за исключительную храбрость в сражениях. Он участвовал в семидесяти пяти рукопашных боях. Многократно был ранен. Он был удостоен высших знаков воинского отличия: Рыцарский Крест, Дубовые Листья, Золотой Немецкий Крест и другие многочисленные награды за проявленную доблесть под огнём противника. В феврале 1943 года Дегрелль сделал то, что не смог сделать Паулюс за год до этого под Сталинградом: под Черкассами на Украине он возглавил прорыв из окружения Красной армии. За этот подвиг в феврале 1944 года Дегрелль принял Рыцарский Крест лично из рук Гитлера. Он закончил войну в генеральском звании штандартенфюрера СС.

1944 год, Эстония

В 1945, в последние дни войны, Дегрелль, отвергнув безоговорочную капитуляцию, из Германии перебрался в Норвегию, откуда на одномоторном самолёте он пролетел 1500 миль через всю оккупированную союзниками Европу и приземлился на испанской границе у Сан-Себастьяна, когда у самолёта кончилось горючее. При этой вынужденной посадке он получил многочисленные тяжёлые ранения и переломы костей. Вопреки всему он выжил. Несколько лет он провёл на излечении в госпитале, большей частью закованный в гипс, неспособный двигаться. Но как только он смог владеть своей правой рукой, он начал писать свой, уже нами упоминавшийся, шедевр «Кампания в России» («Потерянный легион»), который принесет ему славу «Гомера XX века». Он вышел в свет в двух французских изданиях.

Союзники угрожали оккупировать Испанию, если Дегрелль и французский премьер-министр военного времени Пьер Лаваль не будут немедленно выданы для казни. Франко пошёл на компромисс. Он выдал Лаваля, но сохранил Дегрелля на том основании, что его нельзя физически переместить из госпиталя.

Мирная жизнь после войны

Спустя год Дегрелль получил убежище в монастыре. Члены его семьи, многие друзья и соратники были арестованы и замучены до смерти «демократическими освободителями» Бельгии. Его шесть детей с изменёнными именами и фамилиями были насильственно отправлены в лагеря для интернированных в различных частях Европы. Власти распорядились, чтобы они никогда не вступали в контакт ни с друг другом, ни со своим отцом. Новое бельгийское правительство заочно присудило его к смерти по трём отдельным статьям. Был издан специальный закон Lux Degrellana, который запретил транспортировать, обладать или получать любую книгу Дегрелля или о Дегрелле. «Кампания в России» автоматически подпадает под запрет в Бельгии.

В полном одиночестве Дегрелль с нуля начал воссоздавать свою разбитую жизнь. С энергией и неукротимым духом, которые никогда не покидали его, он работал строительным рабочим. И так же, как он поднялся от рядового до генерала на полях сражений, в гражданской жизни Дегрелль поднялся вверх от простого рабочего, основав важнейшую строительную компанию с крупными заказами. Качество и эффективность его компании стали настолько широко известными, что правительство США подрядило его для постройки важнейших военных объектов, включая военные аэродромы в Испании. Тем временем его эмиссары искали его похищенных детей по всей Европе. Все были найдены при самых удивительных обстоятельствах и возвращены своему отцу.

Дегрелль-бизнесмен

За последние 40 лет Дегрелль в двенадцати случаях бросал вызов бельгийскому правительству, чтобы его судил суд присяжных. Его неоднократные требования, чтобы его судил легитимный суд (в противоположность показному суду в духе Нюрнберга), были встречены неловким молчанием виновности.

«Всякий раз, когда я слышу союзническую сторону истории, — добавляет он, — это заставляет меня вспомнить о репортёре, посланного написать репортаж об уличной ссоре. Он тщательно зафиксировал все до единого удары, нанесённые одной стороной, и ни одного — другой. Его история явится свидетельством агрессии одной стороны и невинности другой. Но это будет ложь, потому что это искажённая и неполная картина. Я не отрицаю ничего из того, что сделал Гитлер, но я также указываю на то, что сделали коммунисты и их западные союзники, и пусть судьёй будет общественность».

Последний фольскфюрер умер 31 марта 1994 года в Малаге как верующий христианин в присутствии кюре, после последнего причастия. Он был верен своей Идее до последнего часа.

Леон Дегрелль, 1976 год

Беседа с Леоном Дегреллем

За полгода до его смерти представителю одного из русских печатных изданий удалось встретиться с Леоном Дегреллем и взять у него интервью. Ниже мы публикуем некоторые фрагменты нашей беседы.

— Г-н Дегрелль, Вы сражались в рядах дивизии «СС-Валлония» на русском фронте. Каковы Ваши воспоминания об этой войне и о русском народе?

— Русские — это великий народ. Когда мы пришли на вашу землю, мы были уверены, что встретимся с марксистскими «унтерменшами» азиатского типа и варварской культуры. Так нам внушала наша пропаганда. Но очень скоро мы поняли, что это была ложь. Русские и украинцы — великие народы, индо-европейские народы: мужественные, благородные и великодушные. Я восхищен ими. Столкнувшись с русскими, я понял, что они должны войти в состав Рейха на равных основаниях, как великий европейский народ. Идея колонизации России очень скоро стала представляться мне опасной и ненужной иллюзией. Я сразу же постарался высказать эту точку зрения и Гиммлеру и Гитлеру. Но, Вы знаете, как сильны были пангерманские предрассудки… Какого труда мне стоило переубедить Гиммлера даже в отношении валлонцев и французов, а также других европейцев негерманского происхождения. Этот процесс шел, но у нас было страшно мало времени, а потом война. Я сражался не с русскими, я сражался с коммунистической идеологией, которая отрицает Дух, религию, традицию, национальные и расовые ценности. А русских я считаю единственным молодым народом Европы, у которого есть еще шанс к национальному возрождению. От них придет спасение и самой Европе. Я хочу также сказать, что у меня гораздо лучшее мнение, в чисто военном смысле, о русских солдатах, чем о русских офицерах. Я убежден, что огромного числа жертв можно было бы избежать, если бы в советской армии командовали более подготовленные и более профессиональные офицеры. Меня поражало, что они совершенно не заботятся о жизни солдат. Сколько бессмысленных смертей! Быть может, это следствие того, что Сталин как раз перед войной уничтожил наиболее дееспособные и подготовленные кадры.

— Почему Гитлер напал на СССР?

— Он не мог не напасть. Молотов поставил Германии невыполнимые геополитические условия: контроль СССР над Румынией, Финляндией, частью Скандинавии. Это означало бы самоубийство для Третьего Рейха. Самое главное — Румыния. Требование Молотова отдать Румынию под влияние СССР означало отделение Германии от единственного серьезного месторождения нефти в Европе, а, следовательно, Средняя Европа и Германия становились автоматически зависимыми от неевропейских поставщиков нефти. Принять такие условия раздела влияния Гитлер не мог ни при каких условиях, и сам факт выдвижения таких требований он совершенно правильно воспринял как объявление войны. После требования Румынии в 40-м году уже не имело значения, кто первым начнет военные действия, Германия или СССР. Война была фактически объявлена.

Старый Дегрелль, позади него на стене — портрет Адольфа Гитлера

— Каково Ваше отношение к генералу Власову?

— Это может показаться странным, но я всегда испытывал к нему сильную антипатию. Я не доверял ему. Двум национальным лидерам я никогда не доверял — французу Дорьо и Власову. В нем было слишком много от предателя. Разве можно так быстро менять свою идеологию, да еще находясь в плену? Другое дело те русские, которые примкнули к фашизму сознательно в эмиграции. «Белые» русские. И мое недоверие к Власову еще подтвердилось, когда он предал Гитлера в случае с Прагой. Предатель не может изменить своей природы. Но что творилось тогда в Праге… Я никогда не видел таких зверств. Несчастных немок сестер милосердия в военных госпиталях выбрасывали живыми из окон… Месть победителей была ужасна. Об этом, естественно, умалчивает современная история.

— Вы изменили сегодня в изгнании свои убеждения?

— Нисколько. Гитлер был величайший человек европейской истории. Он боролся за идеал, за идею. Он развивался. Начав с узко национального, сугубо германского лидера он постепенно учился мыслить европейскими категориями, и так вплоть до общепланетарного масштаба. Однажды я набрался смелости спросить Гитлера. «Мой фюрер! Откройте мне Вашу тайну. Кто же Вы, наконец, на самом деле?» — Гитлер улыбнулся и ответил: «Я — грек». Он имел в виду «древний грек», человек, обладающий классической системой ценностей, преданный красоте, естественности, законам духа и гармонии. Он искренне ненавидел современный мир как в его капиталистическом, либерально-космополитическом, так и в его марксистском вариантах. Он считал эту материальную, техническую, циничную цивилизацию верхом уродства и патологии. Часто его изображают как истерика, психопата, с трясущимися руками. Это все пропаганда. Он был удивительно воспитанный и обаятельный человек, вежливый, внимательный, сосредоточенный. Проиграв эту войну, потеряла шанс своего великого будущего не только Германия, но вся Европа, весь мир. Посмотрите, какой мир построили сегодня победители, его враги. Царство денег, насилия, смешения, вырождения, низменных, недочеловеческих инстинктов. Все кругом продажно, низко и материально. Нет высшей Идеи. Мы сражались за нечто Великое. И, Вы знаете, духовно мы не проиграли. У них нет одного — Веры. Она есть только у нас. Мы как истинные европейцы сражались за Красоту, Гармонию, Духовность, Справедливость. Это была война идеалистов и романтиков против двух типов материализма — капиталистического и марксистского. Они могут отнять у нас нашу жизнь. Нашей Веры у нас они не отнимут. Поэтому я и написал книгу с таким названием: «Гитлер на тысячу лет».

Языки

Рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку!